Зинаида серебрякова баня 1913

Зинаида серебрякова баня 1913

Вы используете устаревший браузер.
Пожалуйста, обновите его.

Коллекция Государственного Русского музея

Пост. в 1937 г. от Г. В. Гринштейна

Серебрякова как художница с юных лет формировалась в среде „Мира искусства“. Ее лучшие работы, запечатлевшие облик курских крестьянок, принадлежат неоклассицизму 1910-х годов. Сцену купания в сельской бане художница трактует как исполненный глубокого сокровенного смысла торжественный обряд. Полны величавой грации чуть замедленные движения женщин, полны красоты и достоинства их лица. Художница не случайно обратилась к мотиву обнаженного тела. Этот мотив был одним из ведущих в искусстве античности и Ренессанса. Он открывал путь к воспеванию красоты человека. В основе работы над картиной лежало изучение натуры. Художнице позировали знакомые ей крестьянки из села Нескучное Курской губернии, где она проводила почти каждое лето. От классики шли поиски пропорций, строгая пластика форм, спокойная гармоничная композиция. Это дало возможность выявить в облике натурщиц, далеких от совершенства, черты идеального и сохранить при этом ощущение жизненной непосредственности изображенной сцены. Отмеченный глубокой духовной наполненностью, монументальностью строя, сдержанной колористической гаммой золотисто-коричневых тонов холст воспринимается как фрагмент некоего цикла картин на темы бытия человечества.

Источник статьи: http://rusmuseumvrm.ru/data/collections/painting/19_20/zh_1907/index.php

Зинаида серебрякова баня 1913

За туалетом. Автопортрет. 1909.
Государственная Третьяковская галерея, Москва

«Художница создала особый жанр в трудной области детского портрета (в которой так легко дать кукольные и сентиментальные изображения); в ее работах дети не позируют перед любующимися ими взрослыми — они живут своей важной жизнью маленьких людей, у которых так много разных серьезных дел и интересов».

Искусствовед Алексей Савинов

«Художница создала особый жанр в трудной области детского портрета (в которой так легко дать кукольные и сентиментальные изображения); в ее работах дети не позируют перед любующимися ими взрослыми — они живут своей важной жизнью маленьких людей, у которых так много разных серьезных дел и интересов».

Искусствовед Алексей Савинов

Беление холста. 1917.
Государственная Третьяковская галерея, Москва

«Ах, так горько, так грустно сознавать, что жизнь уже позади, что время бежит, и ничего больше, кроме одиночества, старости и тоски, впереди нет, а в душе еще столько нежности, чувства. Я в отчаянии, все так безнадежно для меня. Хотя бы уехать куда-нибудь, забыться в работе, видеть небеса, природу».

Письмо Зинаиды Серебряковой к Галине Тесленко. Петроград, 28 февраля 1922 года

«Ах, так горько, так грустно сознавать, что жизнь уже позади, что время бежит, и ничего больше, кроме одиночества, старости и тоски, впереди нет, а в душе еще столько нежности, чувства. Я в отчаянии, все так безнадежно для меня. Хотя бы уехать куда-нибудь, забыться в работе, видеть небеса, природу».

Письмо Зинаиды Серебряковой к Галине Тесленко. Петроград, 28 февраля 1922 года

Карточный домик. 1919.
Государственный Русский музей, Санкт-Петербург

Источник статьи: http://www.culture.ru/s/serebryakova/

БАНЯ В ЖИВОПИСИ

БАНЯ В ЖИВОПИСИ (ЧАСТЬ 1 — РУССКАЯ БАНЯ. КЛАССИКА)

Эта тема, вообщем-то, не раз возникавшая в Дневниках Ли.ру, появилась в моем Дневнике по трем причинам.
Во-первых, банную папочку собираю давно, периодически теряя картинки и вновь их собирая.
Во-вторых, только недавно обнаружил, что у Высоцкого бане посвящено те только «протопи-ка мне баньку по-черному», но и еще несколько стихотворений.
А третья причина банальна — это ежегодное веерное отключение горячей воды, которое в столице начинается традиционно с моего района.
Я подумал, что картины классиков прошлых веков плюс стихи Высоцкого будут смотреться вместе не дурно.

Баня (байня, байна) — паровая, русская баня, строение или покой, где моются и парятся, не просто в сухом тепле, а в пару. Нынешнее слово баня возникло от с итал. bagno, встарь баню называли мыльня, мовня, лазня. При порядочной бане есть предбанник, где раздеваются, отдыхают, запивают баню квасом и пр.
Банить на старинном южном диалекте означает мыть, чистить водою.
Важнейшие части бани:
1. Калильная печь с булыжником (каменка) или с ядрами и чугунным боем (чугунка), или с колодою, в виде опрокинутого котла с завороченными окраинами
2. Полок с приступками и подголовьем, на котором парятся
3. Лавки вокруг стен, на коих моются
4. Чаны с горячею и холодною водою или краны для этого в стене
5. Шайки для мытья и оката, вехотки (мочало) для мылки, веники (дубовые или березовые) для парки.

Словарь Владимира Даля

Е.М.Корнеев Русская баня 1812 г.

Фирс Журавлев Девичник в бане 1885 г.

З.И. Летунов Русские бани.

Благодать или благословение
Ниспошли на подручных твоих —
Дай нам, Бог, совершить омовение,
Окунаясь в святая святых!

Исцеленьем от язв и уродства
Будет душ из живительных вод, —
Это — словно возврат первородства,
Или нет — осушенье болот.

Все порок, грехи и печали,
Равнодушье, согласье и спор —
Пар, который вот только наддали,
Вышибает, как пули, из пор.

Все, что мучит тебя, — испарится
И поднимется вверх, к небесам, —
Ты ж, очистившись, должен спуститься —
Пар с грехами расправится сам.

Не стремись прежде времени к душу,
Не равняй с очищеньем мытье, —
Нужно выпороть веником душу,
Нужно выпарить смрад из нее.

Здесь нет голых — стесняться не надо,
Что кривая рука да нога.
Здесь — подобие райского сада, —
Пропуск тем, кто раздет донага.

И в предбаннике сбросивши вещи,
Всю одетость свою позабудь —
Одинаково веничек хлещет,
Так что зря не вытягивай грудь!

Все равны здесь единым богатством,
Все легко переносят жару, —
Здесь свободу и равенство с братством
Ощущаешь в кромешном пару.

Загоняй поколенья в парную
И крещенье принять убеди, —
Лей на нас свою воду святую —
И от варварства освободи!

Владимир Высоцкий
1971 г.

Плотников В.А. В бане 1898 г.

Казимир Малевич В бане 1910-11 гг.

Зинаида Серебрякова Баня 1913 г.

Зинаида Серебрякова Баня. 1926 г.

Зинаида Серебрякова Баня. 1913 г.

Зинаида Серебрякова Русская баня. 1913 г.

Протопи ты мне баньку, хозяюшка,
Раскалю я себя, распалю,
На полоке, у самого краюшка,
Я сомненья в себе истреблю.

Разомлею я до неприличности,
Ковш холодной — и все позади, —
И наколка времен культа личности
Засинеет на левой груди.

Протопи ты мне баньку по-белому, —
Я от белого свету отвык, —
Угорю я — и мне, угорелому,
Пар горячий развяжет язык.

Сколько веры и лесу повалено,
Сколь изведано горя и трасс!
А на левой груди — профиль Сталина,
А на правой — Маринка анфас.

Эх, за веру мою беззаветную
Сколько лет отдыхал я в раю!
Променял я на жизнь беспросветную
Несусветную глупость мою.

Протопи ты мне баньку по-белому, —
Я от белого свету отвык, —
Угорю я — и мне, угорелому,
Пар горячий развяжет язык.

Вспоминаю, как утречком раненько
Брату крикнуть успел: «Пособи!» —
И меня два красивых охранника
Повезли из Сибири в Сибирь.

А потом на карьере ли, в топи ли,
Наглотавшись слезы и сырца,
Ближе к сердцу кололи мы профили,
Чтоб он слышал как рвутся сердца.

Протопи ты мне баньку по-белому, —
Я от белого свету отвык, —
Угорю я — и мне, угорелому,
Пар горячий развяжет язык.

Ох, знобит от рассказа дотошного!
Пар мне мысли прогнал от ума.
Из тумана холодного прошлого
Окунаюсь в горячий туман.

Застучали мне мысли под темечком:
Получилось — я зря им клеймен, —
И хлещу я березовым веничком
По наследию мрачных времен.

Протопи ты мне баньку по-белому, —
Чтоб я к белому свету привык, —
Угорю я — и мне, угорелому,
Ковш холодной развяжет язык.
Протопи. Не топи. Протопи.

Владимир Высоцкий
1968 г.

Anders Zorn Girls from Dalarna in the sauna 1906 г.

Anders Zorn Potatiskitteln 1915 г.

Борис Кустодиев Русская Венера 1921 г.

В. Тихов В бане 1910 г.

Александр Самохвалов После бани. 1927 г.

Копи! Ладно, мысли свои вздорные копи!
Топи! Ладно, баню мне по-черному топи!
Вопи! Все равно меня утопишь, но — вопи.
Топи! Только баню мне как хочешь натопи.

Ох, сегодня я отмоюсь, эх, освоюсь!
Но сомневаюсь, что отмоюсь!

Не спи! Где рубаху мне по пояс добыла?!
Топи! Ох, сегодня я отмоюсь добела!
Кропи! В бане стены закопченные кропи!
Топи! Слышишь, баню мне по-черному топи!

Кричи! Загнан в угол зельем, словно гончей — лось.
Молчи! У меня уже похмелье кончилось.
Терпи! Ты ж сама по дури продала меня!
Топи! Чтоб я чист был, как щенок, к исходу дня!

Купи! Хоть кого-то из охранников купи!
Топи! Слышишь, баню ты мне раненько топи!
Вопи! Все равно меня утопишь, но — вопи.
Топи! Эту баню мне как хочешь, но — топи!

Ох, сегодня я отмоюсь, эх, освоюсь!
Но сомневаюсь, что отмоюсь!

Владимир Высоцкий
1971 г.

Николай Фешин В бане 1923 г.

Tamara De Lempicka Women at the Bath 1929 г.

Александр Герасимов Баня 1938 г.

А.Герасимов Русская баня.

А.Герасимов Русская баня 1939 г.

Прошу прощения заране,
Что все, рассказанное мной,
Случилось не на поле брани,
А вовсе даже просто — в бане,
При переходе из парной.

Неясно, глухо в гулкой бане
Прошла молва — и в той молве
Звучала фраза ярче брани,
Что фигу я держу в кармане
И даже две, и даже две.
.

От нетерпенья подвывая
Сжимая веники в руках,
Чиста, отмыта, как из рая
Ко мне толпа валила злая
На всех парах, на всех парах.
.

О вы, солидные мужчины,
Тазами бить запрещено!
Но обнаженностью едины
Вельможи и простолюдины —
Все заодно, все заодно.

Тазами груди прикрывая, —
На, мол, попробуй, намочи! —
Ну впрямь архангелы из рая,
И веники в руках сжимая,
Держали грозно, как мечи!

Рванулся к выходу — он слева —
Но ветеран НКВД
(Эх, был бы рядом друг мой Сева!)
Встал за спиной моей. От гнева
Дрожали капли в бороде.

С тех пор, обычно по субботам,
Я долго мокну под дождем
(Хожу я в баню черным ходом):
Пускай домоется, чего там —
Мы подождем, мы подождем!

Владимир Высоцкий
конец 1972 г.

Аркадий Пластов Весна (В бане). 1954 г.

Алексей и Сергей Ткачевы Банный день.

Алексей и Сергей Ткачевы Семейная баня. 1982-83 гг.

Источник статьи: http://kolybanov.livejournal.com/5485420.html

Зинаида Евгеньевна Серебрякова 18+

Зинаида Евгеньевна Серебрякова

Зинаида Евгеньевна Серебрякова

3. Е. Серебрякова выросла в атмосфере искусства. Ее отец, Е. А. Лансере, был скульптором, а воспитывалась она (после смерти отца в 1886 г.) вместе с братом, будущим графиком Е. Е. Лансере, в семье деда (по матери), Н. Л. Бенуа, петербургского архитектора.

Две судьбы суждено было прожить Зинаиде Серебряковой.

В первой она — потомок художественного семейства, счастливая, любимая и любящая жена, мать обожаемых детей и талантливая художница, вошедшая в русскую живопись со своим автопортретом перед зеркалом, в котором, кажется, сконцентрировались счастье, любовь, довольство, свежесть и радость жизни.

Вторая судьба — вдова, разлученная с детьми, выбивающаяся из сил, чтобы заработать на кусок хлеба, не нашедшая места на чужбине и утратившая родину, раздираемая тревогой и снедаемая безысходной тоской.

Автопортрет за работой

Счастливая жизнь Зинаиды Серебряковой

Рисовать Зинаиде Лансере было предназначено — судьбой не судьбой, а уж семьей — точно. Отец Зины, Евгений Лансере, был известным питерским скульптором, мать — урожденная Екатерина Бенуа, родная сестра Александра Бенуа. Зина — младший ребенок, ей не было и двух лет, когда отец умер от чахотки. Из имения Нескучное (тогда — Курская губерния Российской империи, сейчас — Харьковская область Украины) мать с детьми переехала в Петербург в родительский дом.

На фоне общительных жизнерадостных братьев и сестер Зина казалась диковатой, замкнутой. Кажется, она единственная пошла нравом в отца, а не в веселую дружелюбную материнскую родню. Она училась в гимназии, ходила с мамой на художественные выставки и театральные премьеры, рисовала, конечно, — в этой семье не могло быть иначе. Единственное, что тревожило мать — слабое здоровье девочки. Из всех детей она росла самой болезненной.

Балетная уборная (Большие балерины)

В восемнадцать лет Зинуша, как ее называли родные, уехала с матерью в Италию для восстановления здоровья. Вскоре к ним присоединился Александр Бенуа, для Зины — «дядя Шура». И он устроил дамам великолепные художественные и культурологические экскурсии! На обратном пути специально ради посещения музеев поехали через Вену. В Петербурге Зинаида, последовав совету «дяди Шуры», посещала мастерскую Осипа Браза — известного портретиста, академика императорской Академии художеств. К парадному портрету, столь любимому Бразом, душа у нее не лежала, поэтому ничего хорошего по поводу этого этапа своего обучения Серебрякова впоследствии не говорила. А вот время, проведенное в Эрмитаже, где бывала почти ежедневно, считала очень важным.

Автопортрет в костюме Пьеро

Помимо радости от живописи, жизнь девушки озаряла еще одна большая радость — любовь. Лето семейство проводило в Нескучном, где в соседнем имении жили их родственники Серебряковы. С Борисом, своим двоюродным братом, Зина была знакома с детства, со временем дружба переросла в любовь. Молодые решили пожениться, но удалось им это не сразу. Родители были за, а вот церковь воспротивилась из-за родства влюбленных. Впрочем, 300 рублей и обращение к третьему, после двух отказов, священнику позволили решить проблему. В 1905 году они обвенчались. Очень красивая пара! Высокие, статные, задорные, влюбленные, немного идеалисты. Кажется, им предстояла очень счастливая жизнь. И она у них была, но не так долго, как мечталось.

Портрет Таты в костюме Арлекина

Вскоре после свадьбы молодые уехали в Париж. Зинаида ждала рождения первенца и повышала живописное мастерство в академии де ла Гранд Шомьер ( снова-таки по совету Бенуа). Она с упоением любовалась картинами Моне и Мане , Сислея , была в восторге от Дега — и пронесла любовь к последнему через всю жизнь , вступив с ним в диалог серией своих балерин ( 1, 2, 3, 4).

Балерины в уборной

Балетная уборная. Снежинки (Балет «Щелкунчик»)

С самого своего замужества и до революции Зинаида Серебрякова была счастлива, как больше никогда. Их жизнь протекала просто, спокойно и радостно. Зимой жили в Петербурге, в теплое время — в Нескучном. В светских развлечениях особо не участвовали, интересы Зинаиды вращались вокруг ее детей, горячо любимого мужа и живописи. Даже гуляя с детьми, она непременно брала с собой альбом.

В 1910 году на выставке Союза русских художников в Петербурге Зинаида Серебрякова поразила не только публику, но и родных, в том числе «дядю Шуру». Ее автопортрет «За туалетом» произвел фурор. Такая свежесть, такая искренность и радость молодости исходили от картины, что ни у кого не осталось сомнений: в России появился новый художник. Ее стиль определяли как неоклассицизм.

За туалетом. Автопортрет

Действительно, в этой работе мы видим мощный концентрат подлинной русской культуры.

На этой картине Зинаида Серебрякова олицетворяет идеал русской женщины – хранительницы самых высоких духовных традиций российской интеллигенции и аристократии. Она любима, у нее есть любимый муж – суженный, за которого она собиралась выйти замуж с детства. Всё, как в самых лучших народных преданиях о прекрасных матерях, мудрых отцах, кротких дочерях и суженых Богом вторых половинках для создания своей идеальной семьи. Может поэтому получилась очень добрая, теплая и светлая работа. Именно этой атмосферой уюта, радости и гармонии картина художницы нам так дорога. В 1910 году автопортрет Серебряковой произвел настоящий фурор. Картина висела на выставке рядом с полотнами известных мастеров – Врубеля, Кустодиева, Серова. Кстати, именно Валентин Серов походатайствовал, чтобы эту картину Серебряковой и еще две ее работы приобрела Третьяковская галерея.

Катя в голубом у елки

К 1913 году у Серебряковых уже было четверо детей: старшие мальчики Женя и Саша и девочки Тата и Катя. Зинаида очень любила имение в Нескучном, даже детей предпочитала рожать там, вопреки беспокойству матери. В Нескучном она вела простую жизнь, носила широкие юбки и светлые блузки и рисовала в каждую свободную минуту — детей, мужа, крестьян, пейзажи.

Катя с натюрмортом

Зинаида и Борис ладили с крестьянами. Если Борис обнаруживал, то кто-то стащил с хозяйского двора колесо или кадушку для засолки, то мягко журил виновника: «Да что ж не попросил, я бы тебе и так дал». А когда прогремел роковой залп с «Авроры», Зинаида, улыбаясь, искренне радовалась за крестьян в имении: «Ну, Никитишна, поздравляю, теперь ты не просто крестьянка, теперь ты гражданка!».

И грянул залп После революции в России с изменениями в жизни столкнулись, наверное, все. Но в случае Серебряковой — это не «изменения», это до и после, две разные жизни. Счастье осталось в той, что была до залпа. Борис арестован, имение в Нескучном сожгли. К счастью, свои крестьяне предупредили, поэтому Серебряковы вовремя уехали в Харьков. Выпущенный на свободу Борис умер на руках жены от сыпного тифа, оставив ее в строящейся «стране народной» с четырьмя детьми.

З.Серебрякова “Портрет Б.А.Серебрякова” ок.1905

Муж скончался у нее на руках в 39 лет. Именно столько лет было отцу Зинаиды, когда он ушел из жизни. Девочке было тогда всего 2 года. Эти ранние смерти двух красивых талантливых мужчин, являются рамками, в которые вошла счастливая безоблачная жизнь художницы. Ее идеальная семья, в которой все так нежно любили друг друга, распалась как карточный домик.

В Харькове Зинаида устроилась в археологический институт, делала эскизы археологических находок и изнывала от желания выйти из этого морока, в который превратилась ее еще недавно счастливая жизнь. «Жалкая, беспомощная и одинокая. Говорит, что жизнь кончена, и живет только своим прошлым», — так описывают современники впечатления от встречи с ней. Впрочем, возможности целиком погрузиться в тоску у нее нет — нужно кормить детей и мать. Большим подспорьем была помощь крестьян: они привозили иногда сало, крупы, морковку — из последней заваривали чай и согревались им.

Дочка Катя с куклами

Только в декабре 1920 года удается уехать в Петроград. Становится немного легче. Дети идут в школы, картины Серебряковой участвуют в выставках, ей иногда заказывают портреты. Но жизнь все равно проходит на грани выживания. Удивительно, что как бы тяжело ни складывалась ее жизнь, картины ее в большинстве своем светлые, радостные, хотя ранние она создавала от избытка радости, а в поздние сбегала от тяжкой действительности.

Автопортрет с дочерьми

Александр Бенуа выхлопотал племяннице свободный пропуск в Мариинский театр. Там занимается ее дочь Татьяна, там Зинаида пишет своих прелестных балерин. В 1923 году ее работы участвуют в проходящей в США выставке русских художников. Она выручила 500 долларов, но они не могли залатать прорехи в семейном бюджете. Зинаида решается уехать в Париж, чтобы улучшить финансовое положение.

Александр Серебряков за чтением книги(сын)

Клетка захлопнулась

Татьяна Серебрякова вспоминала, что ей было 12 лет, когда уезжала мама. Уезжала ненадолго, но Тате было очень страшно. Словно она предчувствовала, что в следующий раз они смогут увидеться только через 36 лет. Вопреки заверениям Бенуа, золотой дождь на Серебрякову в Париже не пролился. Во-первых, в моде был авангард, ценности которого она совершенно не разделяла, придерживаясь классического подхода к живописи, во-вторых, Серебрякова весьма неловко вела дела и совершенно не умела «вращаться» — отголоски жизни счастливой женщины, живущей семьёй и своим искусством. Как не похож был этот Париж, населенный эмигрантами, на город, в который она отправилась после свадьбы с мужем и мамой, беременная старшим сыном!

Художник Константин Сомов, неоднократно помогавший в Париже Зинаиде Серебряковой, рассказывал: «Она такая жалкая, несчастная, неумелая, все ее обижают». Нелюдимая в жизни, в творчестве она не оставила прямых последователей. Современники упоминают тяжелый характер художницы. Но надо учитывать обстоятельства ее жизни. Заработать денег за год, как планировала, ей не удалось. «Никто не понимает, что начать без копейки безумно трудно. А время идет, и я бьюсь все на том же месте», — в отчаянье пишет она матери. Она очень скучает по детям. Вскоре удается выписать к себе Катю, в 1927 году приезжает и Саша. А потом падает железный занавес.

Александр Серебряков в карнавальном костюме

Серебрякова не решается вернуться, потому что в Париже двое ее детей, и везти их в СССР, где они могут быть объявлены «врагами народа», она не рискует. В Париже она не может полностью включиться в новую жизнь, потому что половина ее сердца осталась там — с Женей, Таней и с мамой, которых правительство отказывается выпустить за границу.

З. Серебрякова “Катя на террасе”

При малейшей возможности Серебрякова отправляет им деньги, но и это удается далеко не всегда. В 1933 году ее мать в Союзе умирает от голода.

З.Серебрякова. Портрет дамы с собачкой

Самым светлым событием этой «жизни после жизни» для Зинаиды Серебряковой стали, пожалуй, поездки в Марокко. Бельгиец барон Броуэр увидел на одной из выставок ее картины и предложил оплатить поездки с тем, что сможет забрать себе любые понравившиеся из написанных там картин. В 1928 и 1932-м году Зинаида путешествовала по Марокко. Впоследствии она напишет дочери Татьяне: «Вообще 34 года жизни здесь — одна суета, одна нервность и отчаянье… А как же художнику творить без „радостного волненья“? Вот разве что один месяц, проведенный в Марокко в 1928 году, и затем полтора месяца там же захватили меня всецело своей непосредственной живой красотой…»

Таня и Женя, оставшиеся в России, были разделены с матерью, но переписка была всегда. Они встретились только через 36 лет, сделав все возможное, чтобы встретиться с мамой на родине. Дети получили прекрасное образование, реализовали себя как личности и творческие люди. Татьяна стала театральным художником, а Евгений – архитектором-реставратором. Они помогли маме приехать в Москву на ее выставку, были пропагандистами ее творчества, а значит, духовная связь между матерью и детьми постоянно сохранялась. Да и на родине ее не забывали. Если о художнице за границей знали только истинные ценители живописи и соотечественники, то в Советском Союзе ее работами можно было любоваться на страницах школьных учебников, а изучение творчества Зинаиды Серебряковой вошло в программу обязательного среднего образования.

Портрет Жени Серебрякова

К счастью, искусство Зинаиды Евгеньевны Серебряковой не утратило своей ценности как эталона подлинной русской культуры. И сейчас мы видим новый виток популярности картин этой чудесной художницы.

Серебрякова Зинаида Евгеньевна – картины художницы.

Девушка со свечой. Автопортрет

Портрет Б.А.Серебрякова, мужа художницы

Портрет балерины Е.Н.Гейденрейх в красном

Портрет балерины Л.А. Ивановой

Так заснул Бинька (Женя Серебряков)

В детской. Нескучное

Крестьянка с квасником

Портрет Ольги Константиновны Лансере

Девочки сильфиды (Балет Шопениана)

Девочки у рояля.

Портрет Е. Е. Зеленковой, урожденной Лансере, сестры художницы.

Перед грозой. Село Нескучное.

Горный пейзаж. Швейцария.

Версаль. Крыши города.

Портрет Е.Е.Лансере в папахе

Княгиня Ирина Юсупова.

Портрет О. И. Рыбаковой в детстве.

Девочка в розовом

Терраса в Коллиуре.

Ментона. Пляж с зонтиками.

Париж. Люксембургский сад.

Крестьянка с рулонами холста на плече и в руках

Источник статьи: http://kolybanov.livejournal.com/15519574.html

Читайте также:  Чем обсыпают трубу в бане
Оцените статью
Про баню