Меню

Анализ бани михаила зощенко

Анализ рассказа Беда Зощенко 7 класс

Писатель Михаил Зощенко в своем произведении «Беда» затрагивает такую важную тему для людей как пьянство. Рассказывается про простого крестьянского мужчину, по имени Егор Иванович Глотов. История его грустна и в чем-то обычна. Дело в том, что пьянство уничтожило его мечту, к которой он долго стремился.

Главный герой рассказа Глотов целых два года копил деньги на лошадь, ел дешевую еду, бережно обращался с деньгами, стараясь не купить чего лишнего. Ради денег он даже бросил пагубную привычку курить. И естественно он не опускался до пьянства.

Наконец настал тот день когда крестьянин Егор Иванович собрал достаточную сумму денег. Хотя он мог приобрести лошадь в деревне, все же он направляется в город, спрятав деньги в сапог.

Писатель Михаил Зощенко очень остроумно описывает нам как происходила покупка. Продавец лошади строит из себя человека, которому все равно, приобретут ли у него эту лошадь. Крайне интересным выглядит процесс торга: крестьянин Егор Глотов постоянно снимает сапог, вынимая деньги, вытирает слезы, и сообщает о том что ему срочно нужна лошадь.

Все же крестьянин приобретает лошадь по скидке, однако цвет у лошади очень уж неважный. Но Егор Глотов оправдывает это тем, что в самом деле не цветом же пахать. Писатель с присущим ему юмором рисует нам картину покупки.

Герой после приобретения лошади стремится рассказать об этом окружающим. Он стремится рассказать как происходил торг, рассказать про свою хитрость, угостить всех не прося ничего взамен. Егор Иванович встречает некого мужчину, и сразу зовет его в кабак. Там они пребывают в запое, в котором крестьянин теряет свою мечту — лошадь.

Друг старается успокоить главного героя, одновременно с этим признавая что виноват тот сам. В большой печали бредет крестьянин Егор Глотов восвояси. Его одолевают тяжелые думы. Получается так что эти года он зря лишал себя жизненных удовольствий: непрестанно ограничивался в еде, не курил, не пил? Он делал это для того чтобы ужасно напиться? Есть все же маленькая вера в то, что герой сделает выводы из данной ситуации, и не будет наступать на те же грабли. После произошедшего воля крестьянина должна укрепиться, он должен не поддаваться различным соблазнам, окружающим его.

Обычный русский крестьянин пребывает в недоумении. Ощущает будто его одурачили. Ну зачем люди продают вино? Для ухудшения печали, горя? Преумножения людских потерь?

Вариант 2

Основным персонажем произведения является обыкновенный деревенский мужик по имени Егор Иваныч Глотов, мечтающий долгое время о приобретении собственной лошади, необходимой для ведения его нехитрого крестьянского хозяйства.

Сюжетная линия рассказа, построенная в традиционной форме писателя, состоящей в отстраненном изложении событийной фабулы, содержит историю о несбывшейся мечте крестьянина в результате его собственной глупости и отсутствия силы воли.

В образе Егора Иваныча писатель изображает трудолюбивого, целеустремленного, добродушного мужика, отличающегося небогатым внутренним миром, который для исполнения мечты о приобретении лошади в качестве домашней кормильцы на протяжении нескольких лет отказывает себе во всем, включая табачные и алкогольные изделия, стремясь накопить необходимую сумму для покупки.

Наконец, накопив нужные деньги, Егор Иваныч отправляется на городской базар, где приобретает свое долгожданное сокровище в виде лошадки. Однако, возвращаясь с покупкой в собственную деревню под названием Гнилые Прудки, мужик начинается испытывать желание отпраздновать дорогое приобретение и, встретившись с малознакомым приятелем из соседнего села, с открытым сердцем принимается отмечать знаковое для него событие.

В конечном итоге торжество в виде обыкновенного двухдневного пьяного загула заканчивается для Егора Иваныча, осознающего собственную вину, полным отсутствием денег, а также приобретенной лошади, которая оказывается банально пропитой.

Главной мыслью повествования в рассказе является авторское утверждение о негативном влиянии алкоголя на человеческое сознание, неспособное противостоять низменным желаниям и приводящее к ужасающим последствиям, в том числе к уничтожению заветной мечты, поскольку употребление спиртным напитков превращает людей в безвольное, слабое существо, неспособное разумно и правильно мыслить.

Своеобразная форма содержания произведения подчеркивается писателем с применением правильного, стилистически безупречного, бесхитростного языка в сочетании с использованными приемами острой сатиры и иронии.

Анализ рассказа Беда Зощенко

Несколько интересных сочинений

Подобно произведению Мертвые души, которое написано в прозе, Венедикт Ерофеев тоже называет собственную прозу Москва – Петушки поэмой и в этом есть определенный смысл.

Каждый из героев рассказа И. С. Тургенева «Бежин луг» — это по-своему привлекательные дети обычных деревенских семей разного достатка. Они демонстрируют разные характеры, поступки, внешность в соответствии с тем

Мысли о написании произведения о судьбе монаха, желающего обрести свободу, Лермонтов вынашивал много лет. Мцыри вобрал в себя человеческие качества, которые больше всего ценил Лермонтов

Левша – повесть Николая Лескова, вышедшая в 1881 году. Главный герой – тульский умелец и самоучка левша. События, описываемые автором, тесно пересекаются с реальными

В каждой стране есть свои ценности, права, свобода и основы порядка. Каждая страна гордиться своими гражданами и их заслугами. Каждая страна хочет жить по своему уставу. Устав этот называется Конституцией страны

Источник статьи: http://sochinite.ru/sochineniya/sochineniya-po-literature/drugie/analiz-rasskaza-beda-zoshchenko-7-klass

Приемы создания комического в сатирических рассказах Михаила Зощенко

Среди мастеров советской сатиры и юмора особое место принадлежит Михаилу Зощенко(1895-1958). Его произведения до сих пор пользуются вниманием у читателя. После смерти писателя его рассказы, фельетоны, повести, комедии издавались около двадцати раз тиражом в несколько миллионов экземпляров.

Михаил Зощенко довел до совершенства манеру комического сказа, имевшего богатые традиции в русской литературе. Им создан оригинальный стиль лирико-иронического повествования в рассказах 20х-30х гг.

Юмор Зощенко привлекает своей непосредственностью, нетривиальностью.

В своих произведениях Зощенко в отличие от современных писателей – сатириков никогда не унижал своего героя, а наоборот пытался помочь человеку избавиться от пороков. Смех Зощенко не смех ради смеха, а смех ради нравственного очищения. Именно этим привлекает нас творчество М.М. Зощенко.

Как же удается писателю создать комический эффект в своих произведениях? Какие приемы он использует?

Данная работа – попытка ответить на эти вопросы, проанализировать языковые средства комизма.

Таким образом, целью моей работы стало выявление роли языковых средств создания комического в рассказах Михаила Зощенко.

Скачать:

Вложение Размер
priemy_sozdaniya_komicheskogo.rar 405.81 КБ

Предварительный просмотр:

Районная научно-практическая конференция старшеклассников

«В мир поиска, в мир творчества, в мир науки»

Приемы создания комического

в сатирических рассказах

Автор: обучающаяся IX класса

МОУ «Икейская СОШ»

Руководитель: учитель русского языка и литературы Гапеевцева Е.А.

Глава I. 1.1 Зощенко — мастер комического………………………………………………. ….6

Глава II. Языковые средства комического в произведениях М. Зощенко……………….….7

2.1. Классификация средств речевого комизма……………………………………….………7

2.2. Средства комизма в произведениях Зощенко………………………………………….…9

Список использованной литературы………………………………………………………. 16

Приложение 1. Результаты анкетирования…………………………………………….…….17

Приложение 2. Приемы создания комического……………………………………….……..18

Истоки сатиры лежат в далекой древности. Сатиру можно найти в произведениях санскритской литературы, литературы Китая. В Древней Греции сатира отражала напряженную политическую борьбу.

Как особая литературная форма сатира формируется впервые у римлян, где возникает и само название (лат. satira, от satura — обличительный жанр в древнеримской литературе развлекательно-дидактического характера, сочетающий прозу и стихи).

В России сатира появляется сначала в народном устном творчестве (сказки, пословицы, песни гусляров, народные драмы). Примеры сатиры известны и в древней русской литературе («Моление Даниила Заточника»). Обострение социальной борьбы в 17 веке выдвигает сатиру как мощное обличительное оружие против духовенства («Калязинская челобитная»), взяточничества судей («Шемякин суд», «Повесть о ерше Ершовиче») и др. Сатира в России 18 века, как и в Западной Европе, развивается в рамках классицизма и принимает нравоучительный характер (сатиры А.Д. Кантемира), развивается в форме басни (В.В. Капнист, И.И. Хемницер), комедии («Недоросль» Д.И. Фонвизина, «Ябеда» В.В. Капниста). Широкое развитие получает сатирическая журналистика (Н.И. Новиков, И.А. Крылов и др.). Наивысшего расцвета сатира достигает в 19 веке, в литературе критического реализма. Основное направление русской социальной сатиры 19 века дали А.С. Грибоедов(1795-1829) в комедии «Горе от ума» и Н.В. Гоголь(1809-1852) в комедии «Ревизор» и в «Мертвых душах», обличающих основные устои помещичьей и чиновничьей России. Сатирическим пафосом проникнуты басни И.А. Крылова, немногие стихотворения и прозаические произведения А.С. Пушкина, поэзия М.Ю. Лермонтова, Н.П. Огарева, украинского поэта Т.Г. Шевченко, драматургии А.Н. Островского. Русская сатирическая литература обогащается новыми чертами во второй половине 19 века в творчестве писателей — революционных демократов: Н.А. Некрасова (1821-1877) (стихотворения «Нравственный человек»), Н.А. Добролюбова, а также поэтов 60-х гг., группировавшихся вокруг сатирического журнала «Искра». Воодушевленная любовью к народу, высокими этическими принципами, сатира являлась могучим фактором в развитии русского освободительного движения. Непревзойденной политической остроты сатира достигает в творчестве великого русского сатирика — революционного демократа М.Е. Салтыкова-Щедрина(1826-1889), разоблачавшего буржуазно-помещичью Россию и буржуазную Европу, произвол и тупость властей, бюрократический аппарат, бесчинства крепостников и т.д. («Господа Головлевы», «История одного города», «Современная идиллия», «Сказки» и др.). В 80-е гг., в эпоху реакций, сатира достигает большой силы и глубины в рассказах А.П. Чехова (1860-1904). Революционная сатира, преследуемая цензурой, страстно звучит в памфлетах М. Горького (1868-1936), направленных против империализма и буржуазной лжедемократии («Американские очерки», «Мои интервью»), в потоке сатирических листков и журналов 1905-1906, в фельетонах большевистской газеты «Правда». После Великой Октябрьской социалистической революции советская сатира направлена на борьбу с классовым врагом, с бюрократизмом, с капиталистическими пережитками в сознании людей.

Среди мастеров советской сатиры и юмора особое место принадлежит Михаилу Зощенко(1895-1958). Его произведения до сих пор пользуются вниманием у читателя. После смерти писателя его рассказы, фельетоны, повести, комедии издавались около двадцати раз тиражом в несколько миллионов экземпляров.

Михаил Зощенко довел до совершенства манеру комического сказа, имевшего богатые традиции в русской литературе. Им создан оригинальный стиль лирико-иронического повествования в рассказах 20х-30х гг.

Юмор Зощенко привлекает своей непосредственностью, нетривиальностью.

В своих произведениях Зощенко в отличие от современных писателей – сатириков никогда не унижал своего героя, а наоборот пытался помочь человеку избавиться от пороков. Смех Зощенко не смех ради смеха, а смех ради нравственного очищения. Именно этим привлекает нас творчество М.М. Зощенко.

Как же удается писателю создать комический эффект в своих произведениях? Какие приемы он использует?

Данная работа – попытка ответить на эти вопросы, проанализировать языковые средства комизма.

Таким образом, целью моей работы стало выявление роли языковых средств создания комического в рассказах Михаила Зощенко.

Для достижения поставленной цели необходимо решить следующие задачи:

Изучить языковые средства комического.

Проанализировать языковые особенности рассказов Зощенко.

Выяснить, какую роль играют средства комического в рассказах Михаила Зощенко.

Гипотеза нашей исследовательской работы:

Для создания комического эффекта Михаил Зощенко использует в своих рассказах специальные языковые средства.

Заняться исследованием по данной теме меня побудил интерес к творчеству Михаила Зощенко, к природе комического, просто к новым открытиям. Кроме этого, анкетирование выявило, что многие мои сверстники не владеют теорией о приемах создания комического, затрудняются назвать рассказы Михаила Зощенко, хотя любят читать юмористические и сатирические литературные произведения. (Приложение1)

Таким образом, несмотря на актуальность темы, она обладает неоспоримой новизной для обучающихся нашей школы. Новизна полученных результатов заключается в том, что в рамках небольшого исследования мы постарались выявить наиболее яркие и часто употребляемые приемы создания комического, использованные Михаилом Зощенко в его сатирических рассказах.

Методы исследования : социологические (опросный – анкетирование, неопросный – анализ документов, наблюдение, сравнение, счет, анализ и синтез.), теоретические (лингвистический, литературоведческий). Выбор методов исследования оптимален, так как соответствует специфике работы.

Глава I. Зощенко — мастер комического

Михаил Зощенко довел до совершенства манеру комического сказа, имевшего богатые традиции в русской литературе. Им создан оригинальный стиль — лирико-иронического повествования в рассказах 20х-30х гг. и цикле «Сентиментальных повестей».

Творчество Михаила Зощенко — самобытное явление в русской советской литературе. Писатель по-своему увидел некоторые характерные процессы современной ему действительности, вывел под слепящий свет сатиры галерею персонажей, породивших нарицательное понятие «зощенковский герой». Находясь у истоков советской сатирико-юмористической прозы, он выступил создателем оригинальной комической новеллы, продолжившей в новых исторических условиях традиции Гоголя, Лескова, раннего Чехова. Наконец, Зощенко создал свой, совершенно неповторимый художественный стиль.

Разрабатывая оригинальную форму собственного рассказа, он черпал из всех этих источников, хотя наиболее близкой была для него гоголевско-чеховская традиция.

Не был бы Зощенко самим собой, если бы не его манера письма. Это был неизвестный литературе, а потому не имевший своего правописания язык. Язык его изламывается, зачерпывая и гиперболизуя всю живопись и невероятность уличной речи, кишения «развороченного бурей быта». [4;181]

Зощенко наделён абсолютным слухом и блестящей памятью. За годы, проведённые в гуще бедных людей, он сумел проникнуть в тайну их разговорной конструкции, с характерными для нее вульгаризмами, неправильными грамматическими формами и синтаксическими конструкциями, сумел перенять интонацию их речи, их выражения, обороты, словечки – он до тонкости изучил этот язык и уже с первых шагов в литературе стал пользоваться им легко и непринуждённо. В его языке запросто могли встретиться такие выражения, как «плитуар», «окромя», «хресь», «етот», «в ем», «брунеточка», «вкапалась», «для скусу», «хучь плачь», «эта пудель», «животная бессловесная», «у плите» и т.д.

Но Зощенко — писатель не только комического слога, но и комических положений. Комичен не только его язык, но и место, где разворачивалась история очередного рассказа: поминки, коммунальная квартира, больница – всё такое знакомое, своё, житейски привычное. И сама история: драка в коммунальной квартире из-за дефицитного ёжика, скандал на поминках из-за разбитого стакана.

Некоторые обороты из произведений писателя так и остались в русской литературе афоризмами: «будто вдруг атмосферой на меня пахнуло», «оберут как липку и бросят за свои любезные, даром, что свои родные родственники», «подпоручик ничего себе, но сволочь», «нарушает беспорядки».

Зощенко, пока писал свои рассказы, сам же и ухохатывался. Да так, что потом, когда читал рассказы своим друзьям, не смеялся никогда. Сидел мрачный, угрюмый, как будто не понимая, над чем тут можно смеяться. Нахохотавшись во время работы над рассказом, он потом воспринимал его уже с тоской и грустью. Воспринимал как другую сторону медали. Если внимательно вслушаться в его смех, нетрудно уловить, что беззаботно-шутливые нотки являются только лишь фоном для нот боли и горечи.

1.2. Герой Зощенко

Герой Зощенко — обыватель, человек с убогой моралью и примитивным взглядом на жизнь. Этот обыватель олицетворял собой целый человеческий пласт тогдашней России. Зощенко же во многих своих произведения пытался подчеркнуть, что этот обыватель зачастую тратил все свои силы на борьбу с разного рода мелкими житейскими неурядицами, вместо того, чтобы что-то реально сделать на благо общества. Но писатель высмеивал не самого человека, а обывательские черты в нём. «Я соединяю эти характерные, часто затушёванные черты в одном герое, и тогда герой становиться нам знакомым и где-то виденным», — писал Зощенко. [3;323]

Своими рассказами Зощенко как бы призывал не бороться с людьми, носителями обывательских черт, а помогать им от этих черт избавляться.

В сатирических рассказах герои менее грубы и неотесаны, чем в юмористических новеллах. Автора интересует, прежде всего, духовный мир, система мышления внешне культурного, но тем более отвратительного по существу мещанина.

Глава II. Языковые средства комического в произведениях М. Зощенко

2.1. Классификация средств речевого комизма

Все средства комического можно разделить на несколько групп, среди которых выделяются средства, образованные фонетическими средствами; средства, образованные лексическими средствами (тропы и использование просторечия, заимствований и т.д.); средства, образованные морфологическими средствами (неправильное использование форм падежа, рода и т.п.); средства, образованные синтаксическими средствами (использование стилистических фигур: параллелизм, эллипсис, повторы, градация и т.п.) (Приложение 2)

К фонетическим средствам можно отнести, например, использование орфоэпических неправильностей, что помогает авторам дать емкий портрет рассказчика или героя.

К стилистическим фигурам относятся анафора, эпифора, параллелизм, антитеза, градация, инверсия, риторические вопросы и обращения, многосоюзие и бессоюзие, умолчание и т.п.

Синтаксические средства — умолчание, риторические вопросы, градации, параллелизм и антитеза.

К лексическим средствам относятся все тропы как изобразительно-выразительные средства, а так же каламбур, парадокс, ирония, алогизм.

Это эпитеты — «слова, определяющие предмет или действие и подчеркивающие в них какое-либо характерное свойство, качество».

Сравнения — сопоставление двух явлений с тем, чтобы пояснить одно из них при помощи другого.

Метафоры — слова или выражения, которые употребляются в переносном значении на основе сходства в каком-либо отношении двух предметов или явлений.

Для создания комического эффекта часто употребляются гиперболы и литоты — образные выражения, содержащие непомерное преувеличение (или преуменьшения) размера, силы, значения и т.д.

Ирония также относится к лексическим средствам. Ирония — «употребление слова или выражения в смысле обратном буквальному с целью насмешки».

Кроме того, к лексическим средствам также относятся аллегория, олицетворение, перифраза и т.д. Все указанные средства являются тропами.

Однако только тропы не полностью определяют лексические средства создания комизма. Сюда же следует отнести употребление просторечной, специальной (профессиональной), заимствованной или диалектной лексики. Автор весь монолог и всю комическую ситуацию строит на специальной лексике, которой пользуются «воры в законе», но в то же время она знакома большей части населения: «не надо бабушку лохматить», «век воли не видать» и т.п.

К так называемым грамматическим, а точнее морфологическим, средствам мы отнесли случаи, когда автор целенаправленно неправильно использует грамматические категории с целью создания комизма.

Использование просторечных форм типа евоный, ихний и т.п. также можно отнести к грамматическим средствам, хотя в полном смысле это — лексико-грамматические средства.

Каламбур [фр. calembour] – игра слов, основанная на нарочитой или невольной двусмысленности, порожденной омонимией или сходством звучания и вызывающая комический эффект, напр.: «Несусь я, точно так; // Но двигаюсь вперед, а ты несешься сидя» (К. Прутков)

Алогизм (от a — отрицательная приставка и греч. logismos — разум) — 1) отрицание логического мышления как средства достижения истины; иррационализм, мистицизм, фидеизм противопоставляют логике интуицию, веру или откровение — 2) в стилистике намеренное нарушение в речи логических связей с целью стилистического (в т. ч. комического) эффекта.

Парадокс, — а, м. (книжн). — 1. Странное, расходящееся с общепринятым мнением, высказывание, а также мнение, противоречащее (иногда только на первый взгляд) здравому смыслу. Говорить парадоксами. 2. Явление, кажущееся невероятным и неожиданным, прил. парадоксальный.

2.2. Средства комизма в произведениях Зощенко

Исследовав комическое в произведениях Зощенко, в работе остановимся на наиболее ярких, на наш взгляд, средствах комического, таких как каламбур, алогизм, избыточность речи (тавтология, плеоназм), употребление слов в непривычном значении (использование просторечных форм, неправильное употребление грамматических форм, создание непривычного синонимического ряда, столкновение просторечной, научной и иностранной лексики), т. к. они являются наиболее употребимыми.

2.2.1. Каламбур как средство создания комического

Среди излюбленных речевых средств Зощенко-стилиста – каламбур, игра слов, основанная на омонимии и многозначности слов.

В «Словаре русского языка» С. И, Ожегова дается следующее определение: «Каламбур — шутка, основанная на комическом использовании сходно звучащих, но разных по значению слов». В «Словаре иностранных слов» под редакцией И.В. Лехина и профессора Ф.Н. Петрова читаем: «Каламбур — игра слов, основанная на их звуковом сходстве при различном смысле». [5;216]

При каламбуре смех возникает в том случае, если в нашем сознании более общее значение слова заменяется его буквальным значением. В создании каламбура главную роль играет умение найти и применить конкретный и буквальный смысл слова и заменить его на то более общее и широкое значение, которое имеет в виду собеседник. Это умение требует известного таланта, которым и обладал Зощенко. В целях создания каламбуров он пользуется сближением и столкновением прямого и переносного значений чаще, чем сближением и столкновением нескольких значений слова.

«Вот вы меня, граждане, спрашиваете, был ли я актером? Ну, был. В театрах играл. Прикасался к этому искусству».

В данном примере, выписанном из рассказа «Актер», рассказчик, употребляя слово, прикасался, использует его переносном, метафорическом значении, т.е. «был сопричастен с миром искусства». Одновременно прикасался имеет и значение неполноты действия.

Часто в каламбурах Зощенко проявляется двойственность в понимании смысла.

«Я с этой семьей находился прямо на одной точке. И был им как член фамилии» («Великосветская история», 1922).

«Я хоть человек неосвещенный» («Великосветская история», 1922).

В речи рассказчика Зощенко многочисленны случаи замены ожидаемого слова другим, созвучным, но далеким по значению.

Так, вместо ожидаемого «член семьи» рассказчик говорит член фамилии, «человек непросвещенный» — человек не освещенный и т.д.

2.2.2. Алогизм как средство создания комического

Основная особенность техники создания словесного комизма у Зощенко – это алогизм. В основе алогизма как стилистического приема и средства создания комического лежит отсутствие логической целесообразности в использовании различных элементов речи, начиная с речи и заканчивая грамматическими конструкциями, словесный комический алогизм возникает в результате несовпадения логики рассказчика и логики читателя.

В «Административном восторге» (1927) разлад создают антонимы, например:

«Но факт, что забрела [свинья] и явно нарушает общественный беспорядок».

Беспорядок и порядок – слова с противоположным значением. Кроме подмены слова, здесь нарушена сочетаемость глагола нарушать с существительными. По нормам русского литературного языка «нарушать» можно правила, порядок или иные нормы.

«Сейчас составим акт и двинем дело под гору».

Очевидно, в рассказе «Сторож» (1930) имеется в виду не под гору, (т.е. «вниз»), а в гору («вперед, улучшить положение дел»). Антонимическая подмена в – под создает комический эффект.

Разлад и разнобой возникает так же за счет употребления нелитературных форм слова. Например, в рассказе «Жених» (1923):

«А тут, братцы мои, помирает моя баба. Сегодня она, скажем, свалилась, а завтра ей хуже. Мечется и брендит, и с печки падает».

Брендит – нелитературная форма от глагола «бредить». Вообще, следует отметить, что нелитературных форм в рассказах Зощенко множество: брендит вместо «бредит» («Жених», 1923), голодуют вместо голодают («Чертовщинка», 1922), лягем вместо ляжем («Гиблое место», 1921), хитровой вместо хитрый («Гиблое место»), промежду прочим вместо между прочим («Материнство и младенство», 1929), вспрашиваю вместо спрашиваю («Великосветская история»), вздравствуйте вместо здравствуйте («Виктория Казимировна»), цельный вместо целый («Великосветская история»), шкелет вместо скелет («Виктория Казимировна»), текет вместо течет («Великосветская история»).

«Прожили мы с ним цельный год прямотаки замечательно».

«И идет он весь в белом, будто шкелет какой».

«Руки у меня и так-то изувечены — кровь текет, а тут еще он щиплет».

2.2.3. Избыточность речи как средство создания комического

Речь героя рассказчика в комическом сказе Зощенко содержит много лишнего, она грешит тавтологией и плеоназмами.

Тавтология — (греч. tautología, от tautó — то же самое и lógos — слово), 1) повторение одних и тех же или близких по смыслу слов, например «яснее ясного», «плачет, слезами заливается». В поэтической речи, особенно в устном народном творчестве, тавтология применяется для усиления эмоционального воздействия. Тавтология — разновидность плеоназма.

Плеоназм — (от греч. pleonasmós — излишество), многословие, употребление слов, излишних не только для смысловой полноты, но обычно и для стилистической выразительности. Причисляется к стилистическим «фигурам прибавления», но рассматривается как крайность, переходящая в «порок стиля»; граница этого перехода зыбка и определяется чувством меры и вкусом эпохи. Плеоназм обычен в разговорной речи («своими глазами видел»), где он, как и др. фигуры прибавления, служит одной из форм естественной избыточности речи. О тавтологичности языка рассказчика-героя Зощенко можно судить по следующим примерам:

«Одним словом это была поэтическая особа, способная целый день нюхать цветки и настурции» («Дама с цветами», 1930)

«И совершил я уголовное преступление» («Великосветская история», 1922)

«До смерти убит старый князь ваше сиятельство, а прелестная полячка Виктория Казимировна уволена вон из имения» («Великосветская история», 1922)

«Чуть, сволочь, не задушили за горло» («Мелкий случай из личной жизни», 1927)

«А водолаз, товарищ Филиппов, был в нее сильно и чересчур влюбившись» («Рассказ о студенте и водолазе»)

2.2.4. Использование слов в непривычном значении

Нелитературные слова создают комические эффекты, а герои воспринимаются читателями как необразованные обыватели. Именно язык дает картину социального статуса героя. Такая подмена литературной нормированной словоформы нелитературной, диалектной используется Зощенко для того, чтобы показать, что рассказчик, критикующий других за невежество, невежественен сам. Например:

«Мальчик у ней — сосун млекопитающийся» («Великосветская история», 1922)

«Я тебя, сукинова сына, семь лет не видел… Да я тебя, сопляка…» («Не надо иметь родственников»)

Часто сравнение советского с иностранным приводит к включению иностранных слов и даже целых предложений на иностранных языках. Особенно эффектно в этом плане чередования русских и иностранных слов и фраз с одним и тем же значением, например:

«Немчик головой лягнул, дескать, бите-дритте, пожалуйста, заберите, об чем разговор, жалко, что ли» («Качество продукции», 1927).

«Блюзу-гимнастерку новую надел» («Виктория Казимировна»)

Или употребление иностранных слов в русском контексте:

«Не то лориган, не то роза» («Качество продукции», 1927).

Употребление слов в непривычном значении вызывает у читателя смех, создание своего, непривычного для читателя синонимического ряда, служит средством создания комического эффекта. Так, например, Зощенко, нарушив нормативный литературный язык, создает синонимические ряды, типа печатный орган – газета («Людоед», 1938), фотографическая карточка – лицо – морда – физиономия («Гости», 1926), включения в общую сеть – подключение электричества («Последний рассказ»), ребенок – предмет – шибздик («Происшествие», «Счастливое детство»), передние, задние ноги – руки, ноги («Рассказ о студенте и водолазе»), бабешечка – молодая женщина («Происшествие»).

«Вы бы вместо того, чтобы рвать печатный орган, взяли бы и заявили в редакцию».

«Впоследствии обнаружилось, что ему надуло фотографическую карточку, и он три недели ходил с флюсом».

«И едет, между прочим, в этом вагоне среди других такая вообще бабешечка. Такая молодая женщина с ребенком».

«Этакий шибздик лет десяти, что ли, сидит». («Счастливое детство»)

2.2.5. Парадокс как средство создания комического

Парадокс — (греч. parádoxos — «противоречащий обычному мнению») — выражение, в котором вывод не совпадает с посылкой и не вытекает из нее, а, наоборот, ей противоречит, давая неожиданное и необычное ее истолкование (напр. «Я поверю, чему угодно, лишь бы оно было совсем невероятным» — О. Уайльд). Для парадокса характерны краткость и законченность, приближающие его к афоризму, подчеркнутая заостренность формулировки, приближающая его к игре слов, каламбуру и, наконец, необычность содержания, противоречащая общепринятой трактовке данной проблемы, которая затрагивается парадоксом. Пример: «Все умники дураки, и только дураки умны». На первый взгляд такие суждения лишены смысла, но какой-то смысл в них может быть отыскан, может даже казаться, что путем парадокса зашифрованы какие-то особо тонкие мысли. Мастером таких парадоксов был, Михаил Зощенко.

Например: « — Да, замечательная красота, сказал Вася, глядя с некоторым изумлением на облупленную штукатурку дома. – Действительно, очень красота…»

2.2.6. Ирония как средство создания комического

К парадоксу очень близка ирония. Определение ее не составляет больших трудностей. Если при парадоксе исключающие друг друга понятия объединяются вопреки их несовместимости, то при иронии словами высказывается одно понятие, — подразумевается же (но не высказывается на словах) другое, противоположное ему. На словах высказывается положительное, а понимается противоположное ему отрицательное, Этим ирония иносказательно раскрывает недостатки того, о ком (или о чем) говорят. Она представляет собой один из видов насмешки, и этим же определяется ее комизм.

Тем, что недостаток обозначается через противоположное ему достоинство, этот недостаток выделяется и подчеркивается. Ирония бывает особенно выразительна в устной речи, когда средством ее служит особая насмешливая интонация.

Бывает так, что сама ситуация заставляет понимать слово или словосочетание в смысле, прямо противоположном общеизвестному. Высокопарное выражение аудиенция закончена в применении к сторожу подчеркивает нелепость и комичность описываемой ситуации: «Тут сторож допил свою воду, вытер рот рукавом и закрыл глаза, желая этим показать, что аудиенция закончена» («Ночное происшествие»)

«Мне, говорит, сейчас всю амбицию в кровь разбили». («Пациентка»)

2.2.7. Столкновение разных стилей

Речь рассказчика повествователя в произведениях Зощенко распадается на отдельные лексические единицы, принадлежащие к различным стилям. Столкновение разных стилей в одном и том же тексте говорит об определенном человеке малограмотном, нагловатом и смешном. При этом интересно заметить, что Зощенко удалось создать рассказы и повести, в которых почти несовместимые, даже взаимоисключающие лексические ряды могут существовать совсем близко друг к другу, они могут соседствовать буквально в одной фразе или реплике персонажа. Это и позволяет автору свободно маневрировать текстом, предоставляет возможность резко, неожиданно повернуть повествование в другую сторону. Например:

«Шибко так шумят, а немец, безусловно, тихий, и будто вдруг атмосферой на меня пахнуло». («Великосветская история»)

«Князь ваше сиятельство лишь малехонько поблевал, вскочил на ножки, ручку мне жмет, восторгается». («Великосветская история»)

«Один такой без шапки, длинногривый субъект, но не поп». («Мелкий случай из личной жизни»)

За три с лишним десятилетия работы в литературе Зощенко прошел большой и нелегкий путь. Были на этом пути несомненные, выдвинувшие его в число крупнейших мастеров советской литературы удачи и даже подлинные открытия. Были и столь же несомненные просчеты. Сегодня очень хорошо видно, что расцвет творчества сатирика приходится на 20-е – 30-е гг. Но в равной мере очевидно также, что лучшие произведения Зощенко этих, казалось бы, далеких лет по-прежнему близки и дороги читателю. Дороги потому, что смех большого мастера русской литературы и сегодня остается верным нашим союзником в борьбе за человека, свободного от тяжелого груза прошлого, от корысти и мелочного расчета приобретателя.

В ходе работы мы пришли к выводам:

Словесные средства создания комического, а именно алогизм, стилистические подмены и смещения, столкновение нескольких стилей, причем часто даже в одном предложении, являются довольно продуктивным комическим средством и основаны на принципе эмоционально-стилевой контрастности.

Рассказчик Зощенко — сам предмет сатиры, он выдает свое убожество, иногда наивность, иногда простоватость, иногда мещанскую мелочность, сам не осознавая этого, как бы абсолютно непроизвольно и потому невероятно смешно.

Сатира Зощенко — это не призыв бороться с людьми – носителями обывательских черт, а призыв с этими чертами бороться.

Источник статьи: http://nsportal.ru/ap/library/literaturnoe-tvorchestvo/2013/05/06/priemy-sozdaniya-komicheskogo-v-satiricheskikh-rasskazakh

Читайте также:  Надо ли делать гидроизоляцию фундамента бани

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Adblock
detector